В опубликованной в еженедельнике «ДД» от 01.10. 2010 статье «Дети и наши сукины дети» ее автор Евгения Гаранжа утверждает, что, «включив в свои ряды „дозорных“ (в частности, меня. – прим. Д.К.), Совет русских школ… сделал очень затруднительным для себя любое сотрудничество с Министерством образования».
И в завершение: «Однако приглашая лиц, сознательно занявших крайнюю позицию, к участию в своих начинаниях, нужно считаться с тем, что тем самым вы отказываетесь от сотрудничества с огромным количеством здравомыслящих людей умеренных взглядов, которые никогда не сядут за один стол с радикалами».
Какая трогательная и патерналистская забота о чистоте рядов общественных организаций! Какая откровенная оценка нашего обывательского общества, в котором боятся собственной тени и с перепуга принимают радикала (сторонника решительных действий) за экстремиста (сторонника крайних мер).
«Скандалисты, похожие на евреев»
Ключевым определением, с помощью которого автор «отделяет агнцев от козлищ», стало упоминание «дозорных» как неких изгоев общества. Что касается моего участия в защите Тынисмяги от государственного вандализма, то тремя судебными инстанциями Эстонии «бронзовую четверку», в том числе меня, полностью оправдали – снято обвинение в организации массовых беспорядков в апреле 2007 года.
Лучше Алексея Семенова – директора Центра информации по правам человека- никто у нас не смог бы прокомментировать сделанные для Эстонии рекомендации Комитета ООН по борьбе с расовой дискриминацией. Его эксперты предложили меры для снижения этнического неравенства, также дискриминационных и репрессивных мер в языковой политике.
И, кстати, так никто и не смог! Не говоря уже о том, что из всех многочисленных комментаторов – политиков, политологов и социологов нашей страны никто в момент интервью не держал в руках сам ООНовский документ, кроме Алексея Семенова и чиновников Министерства иностранных дел ЭР.
Но даже МИД не оказался на высоте. Тут, прежде всего, поспешили успокоить разволновавшуюся не на шутку эстонскую политическую элиту – мол, нет никакой рекомендации ввести второй государственный язык – русский. Смягчил (читай: скрыл от общественности) министр Урмас Паэт и суть заключений Комитета ООН, многие из них просто не приведены в эстонских СМИ.
Тема рекомендаций ООН по целесообразности введения второго языка в Эстонии отлично вписалась в дебаты по школьной реформе. Эдакая лакмусовая бумажка — проверка местной национал-демократии на вшивость.
Оговорюсь сразу, я тоже не сторонник введения второго государственного языка, но по совершенно иным основаниям, чем те, к которым апеллируют эстонские политики, чиновники, социологи.
Социолог Клара Халлик считает, что к двуязычию мы не готовы по двум причинам. Во-первых, двуязычие подразумевает равное владение обоими языками, как со стороны русских, так и эстонцев. Вторая причина банальна: государство не может это позволить по экономическим причинам